Читать далее →

Памяти дважды Героя Советского Союза, легендарного летчика-штурмовика Мусы Гайсиновича Гареева…

…Муса Гареев прожил всего 65 лет, умер в Уфе в 1987 году, но когда думаешь о том, что в огненные дни и ночи жестокой войны он совершил на штурмовике 250 боевых вылетов, каждый из которых в любой момент мог оказаться последним, понимаешь истинную цену этой жизни. Сегодня именно тот день, когда не стало нашего земляка, легендарного летчика-штурмовика, дважды Героя Советского Союза Мусы Гареева…

#ИлишевскийРайон
#ИлишАдм
#МузейМусыГареева
#МусаГареев
#105яГодовщинаГероя

СЕНТЯБРЬ.
— Сентябрь 1937 года — декабрь 1940 года. Учеба на дневном отделении Уфимского железнодорожного техникума Народного комиссариата путей сообщения СССР.
— Июнь — сентябрь 1942 года. Летчик 10-го запасного авиационного полка, дислоцирующегося на железнодорожной станции Каменско-Белинская Пензенской области (переучивался летать на штурмовике «ИЛ-2»).
— Сентябрь 1942-го — направлен в действующую армию под Сталинград — пилотом в 944-й полк. Начал войну сержантом.
— Январь 1945 — сентябрь 1948 года. Штурман авиаполка первой гвардейской штурмовой авиационной дивизии 1-й Воздушной армии РККА.
— Май 1946 — сентябрь 1948 года. Заместитель командира авиационной эскадрильи 2-й авиационной дивизии Особого назначения (Москва).
— Сентябрь 1948 г. – ноябрь 1951 г. – учеба в военной академии им. Фрунзе.
1950 г. избран депутатом Верховного Совета СССР III созыва.
— 17 сентября 1987 года. Умер Муса Гареев на 66-м году жизни после продолжительной болезни. Похоронен в уфимском парке Победы на берегу реки Белой.

Если вы окончили учебное заведение по профилю и хотите реализовать свой потенциал в культурно-досуговом центре, мы приглашаем вас стать частью нашей команды!
Предлагаем достойную заработную плату, служебное жилье, в рамках программы «Земский работник культуры» возможность получить 1000 000 рублей!
Подробности о вакансиях и условиях работы, а также о том, какие именно специалисты нам нужны,
уточняйте по телефону:
📞+7 34762 5-15-18,
📞 +7 917- 370-04-04,
📞 +7 937 355-55-60,
📞 +7 917-342-55-22.
🌐 Наш сайт: ilishkultura.ru .
✉ Почта: ilishcult@mail.ru
VK: vk.com/ilishkultura

Представители старшего поколения ЛФК «Илиш» ФОК с.Верхнеяркеево посетили дом-музей дважды Героя Советского Союза М.Г. Гареева в дер. Таш-Чишма и памятник Герою вдоль новой трассы М-12.

В целях патриотического воспитания подрастающего поколения для студентов Актанышского технологического техникума РТ была организована увлекательная и познавательная экскурсия в с.Верхнеяркеево Илишевского района. Ребята посетили музей дважды Героя Советского Союза Мусы Гайсиновича Гареева и познакомились с его жизнью и подвигами, узнали о деятельности Героя, его вклад в Победу в Великой Отечественной войне.
После экскурсии гости побывали в салоне самолёта «АН-2», посидели за штурвалом, почувствовали себя пилотами.
А так же ребята посмотрели фильм «Северный полюс» в кинотеатре им. М.Г.Гареева. (Кино о жизни и работе подводников и конструкторов, создававших одну из важнейших сил ядерной триады, атомный подводный флот. Подвиг К-3 в свое время изменил баланс сил и фактически предотвратил Третью мировую войну.)

Для учащихся начальных классов МБОУ СОШ с. Исаметово провели экскурсию в музее дважды Героя Советского Союза Мусы Гайсиновича Гареева, расположенный в центре села Верхнеяркеево. Школьники узнали много интересного о жизненном пути одного из самых выдающихся летчиков-штурмовиков Великой Отечественной Войны.
✈На территории музея, в сквере Мусы Гареева, установлен самолет АН-2. Каждый ученик прошел в салон самолета, посидел за штурвалом, на пассажирских местах.

#Илишевскийрайон
#музейМусыГареева

Первый боевой вылет. 11 декабря 1942 года. (Муса Гареев «Штурмовики идут на цель».)

Первый боевой вылет! Вот он и пришел тот час, который я так долго ждал.
На выполнение боевого задания готовилась сборная группа из двух полков. От нашего полка должны были лететь командир звена и я.

На душе радостно и тревожно. Как поведу себя в бою? Не сдадут ли нервы? Сумею ли в боевой обстановке, действуя в составе группы, поразить уже отнюдь не условные цели?

Мое состояние заметил, должно быть, и командир звена. Закурив, он о чем-то заговорил со мной, потом незаметно перевел разговор на волновавшую меня тему и посоветовал;
– Свой самолет поставь правее меня. Взлетай сразу же за мной и не выпускай меня из виду. Что буду делать я, то же самое делай и ты. Вот и вся задача!
Лишь когда сел в кабину самолета, проверил приборы, ручку, педали, тогда только я почувствовал себя легко и свободно.
Взревели моторы. Мы стали выруливать на старт. Самолет ведущего побежал и оторвался от земли. Следом за ним взлетел я.
Под нами уже Волга. За ней – сожженная, исковерканная, истерзанная земля. Когда-то здесь был город. Говорят, очень красивый. Жаль, что не побывал в нем до войны. Когда прогоним фашистов, обязательно приеду сюда.
Вид разрушенного, окутанного дымом пожарищ города наполнял сердце лютой ненавистью к оккупантам. Мне было приятно знать, что мой штурмовик несет 400 килограммов бомб, которые через несколько минут полетят на голову врагов.
Для такой большой войны это немного, но это лишь мой первый удар, первая месть за родную Отчизну, за муки моего народа.
А сколько их еще впереди-таких ударов!..
Дымящиеся руины Сталинграда остались позади. Теперь перед моими глазами только хвост ведущего. Стараюсь не отставать. Чувствую, что цель уже близка.
Вдруг вся наша группа стремительно понеслась к земле. Вслед за ведущим вошел в пикирование и я. Помня совет, старательно копирую каждое его движение: он сбрасывает бомбы, сбрасываю и я, он пускает ракеты – то же делаю я, он открывает огонь из пушек и пулеметов – нажимаю на гашетки и я.
Все происходит так стремительно, что я не успеваю даже оглядеться, рассмотреть что-либо. Куда стреляю – не вижу! Все мое внимание сосредоточено на ведущем и, кроме него, я ничего не вижу. Выхожу из пике, набираю высоту, разворачиваюсь и вслед за ведущим снова устремляюсь вниз.
Сделав на цель несколько заходов, самолеты поворачивают на восток и берут курс на свой аэродром.
Возвращаемся без потерь.
Поставив машину на стоянку, я вытираю со лба капли пота и спрыгиваю на землю. Командир звена уже поджидает.
– Ну, Гареев, пойдем доложим командиру.
– О чем доложим? – удивился я.
Мой ведущий только улыбнулся. О моем состоянии он, видимо, догадывался по собственному опыту. Ведь и он когда-то летал в первый раз.
– Ничего, доложим. Я доложу, а ты просто постоишь рядом со мной. Без доклада нельзя.
Командир полка пожал нам руки, поздравил с благополучным возвращением. Командир звена доложил;
– На аэродроме Питомник обнаружено до семидесяти самолетов противника Ю-пятьдесят два. Дважды штурмовали и бомбили аэродром.
– Сколько уничтожили самолетов?
– Больше десяти.
– Ну, а ты, Гареев, видел что-нибудь?
– Ничего не видел, товарищ командир;
– Так уж и ничего?
– Нет, Волгу видел. Потом ничего не видел. Кроме ведущего.
– Куда же ты стрелял?
– Я делал все, как ведущий. Он бомбил – я бомбил, он стрелял – я стрелял. А куда – не видел. Командир полка весело засмеялся и сказал»
– Ах, Гареев, Гареев!.. Ну, молодец, что хоть правду говоришь. Летчикам врать не положено. Но не огорчайся. Сначала со всеми так бывает. Раз пять слетаешь, все будешь видеть. Поздравляю с боевым крещением!
Когда мы вышли из землянки командира полка, мой ведущий пошутил:
– Ты, Гареев, видно, в рубашке родился.
– Почему?
– А видел, как зенитки хлестали?
– Нет.
– Вот то-то и оно! Такой огонь фашисты открыли – ужас. Все небо в разрывах. А ты целехонек, хоть и шел по прямой, не маневрировал. Вот и говорю: в рубашке ты, друг, родил
ся.
Оказывается, я не видел не только цели, но и клокотавшего вокруг зенитного огня! Ну и летчик!..
Ночью я никак не мог заснуть. Перед глазами мелькали обрывки дневного боя, а в ушах звучал добродушный смех моего ведущего: «Ты, Гареев, видно, в рубашке родился».
И, как это ни горько признать, летчик я пока что никудышный. А ведь думалось: что тут хитрого? Лети, пикируй, сбрасывай бомбы, бей из пушек!.. На учениях и в самом доле все это было несложно. В бою же все иначе.
Мне вдруг вспомнился Николай Тараканов, особенно его слова: «Ничего вы, братцы, пока не умеете, скажу я вам. Вот слетаете раз-другой в дело, сами поймете».
Понял я это только после первого боевого вылета и пришел к твердому убеждению: в дальнейшем так летать нельзя. Не всегда же будет везти. Нужно научиться видеть все: и своего ведущего, и то, что происходит вокруг, и то, что делается на земле. Сильно бы огорчился мой отец, узнав о моем первом боевом вылете. Столько снарядов расстрелял, столько бомб сбросил!.. А все ли они пошли в цель?
Вот и получается: что летать так больше нельзя, — один убыток…

…У меня «окно» — до следующего вылета несколько часов совершенно свободного времени. Идти в землянку не хочется, сижу в кабине самолета и от нечего делать гляжу в синее июньское небо. Оно такое ясное, будто и нет войны, будто в мире тихо и спокойно, и мне кажется, что я даже слышу, как шумят в поле хлеба.
Иногда к действительности меня возвращает мой стрелок. Саша Кирьянов расстелил на траве брезент и чистит свой пулемет. Он так старается, что даже кряхтит от усердия. Я слышу это и радуюсь: с таким стрелком не пропадешь, В любом бою прикроет.
Вдруг — женский голос:
— Я — укладчица парашютов. Пришла проверить, как вы их храните.
— Пожалуйста, проверяйте,—не отрываясь от своего занятия, отвечает Кирьянов.
Голос девушки мне показался знакомым. Уж не та ли сюда пожаловала, что назвала меня «букой?»
Повозившись с парашютами, девушка недовольно сказала:
— Какие же вы неряхи! Парашюты лежат на масле, а им хоть бы что! Испортятся ведь.
— Так уж и испортятся? — огрызнулся Саша. — И кто только тебя сюда послал? Откуда ты такая проверяльщица взялась?
— Прислали.
— Да, присылают тут всяких, — вздохнул Кирьянов. — Парашют — не пулемет, с ним ничего не случится. Да и очередь до него все никак не доходит.
— Стрелок и пулемет, и парашют обязан знать!
— А сама-то в пулемете кумекаешь что-нибудь?
— А как же! — живо отозвалась девушка.
— Тогда собери!
— И соберу!
Залязгало железо. Через несколько минут девушка собрала пулемет.
— Ну, вот. Принимай, стрелок. Стреляй себе на здоровье.
— Молодец,—похвалил ее Саша. — Где ж ты этому научилась?
— Война, она, брат, всему научит.
— Ну, смотри-ка ты!..
Мне начинала нравиться эта бойкая, все умеющая девушка, и я совсем забыл о своей обиде. Боясь, что не увижу ее, торопливо вылезаю из кабины.
— Что здесь происходит? — спрашиваю как можно строже.
— Сержант Галина Мигунова. Проверяю состояние парашютов вашего самолета,—доложила девушка.
— А что их проверять? Они нам не нужны, прыгать не собираемся.
— Напрасно храбритесь, товарищ командир. Многие так говорят, а потом, глядишь, и прыгнули.
— То многие, а то — мы!
Мне хочется поговорить с девушкой о чем-нибудь другом, но у меня ничего не получается, и я отхожу в сторону. Издалека слышу, как она спрашивает Кирьянова:
— Он что — всегда такой?
— Это какой еще?
— Ну, сердитый, что ли…
— Он не сердитый, а просто очень серьезный и строгий. Большая река, товарищ укладчица парашютов, течет без шума.
— Это какая же еще река? — недоумевает девушка. — О чем ты?
— Да так, к слову пришлось. Башкир он, Муса наш. А башкиры — народ строгий. Вот и вспомнил их пословицу… Ясно?
-Ясно … Хорошая пословица…
Я слушаю спокойный, рассудительный голос Кирьянова и невольно завидую ему: простой, обыкновенный парень, а нашел о чем говорить с девушкой. И как у него все легко и просто получается. Будто век с ней знаком. А вот я так не умею.
Еще раз напомнив о парашютах, Галя ушла. Маленькая, в белой от частой стирки гимнастерке, в больших сапогах. Совсем еще девочка. Ей бы в читальном зале над книжкой сидеть, а она — на фронт. Нелегко, поди, ей тут, а у меня и хорошего слова для нее не нашлось. Разве не «бука»?..